пятница, 6 декабря 2019 г.

Осень в живописи Серебряного века



Искусство в России конца 19 в. и начала 20 в. условно получило название искусство «Серебряного века». К этому времени, после социальной тематики передвижников, художники и поэты ощутили настоятельную потребность в изображении красоты, яркости и радости природы и всего мира. Реализм 19 в. уже не удовлетворял, было ясно, что обличительный подход к действительности не может полностью соответствовать художественным задачам изобразительного искусства. В конце 20 в. возникло огромное количество самых различных группировок и направлений. Художники верили, что могут обрести новые формы осмысления мира. Предчувствия у многих воплощались в символах, порождавших сложные ассоциации. Пейзажная живопись этого времени переживала новый расцвет своего развития. Вся природа в живописи, и, в частности, осенние пейзажи, на картинах художников Серебряного века наполнилась новым звучанием, новыми красками, цветовыми линиями и совершенством.

Коровин Константин Алексеевич. 1861 - 1939
Коровин К.А. – один из ярких представителей русского Серебряного века. Он шел к импрессионизму, добиваясь непосредственности восприятия натуры и чистоты цвета. Он сумел понять богатые возможности цвета; на его картинах – необыкновенное сверкание, радость красок, праздник солнца, воздуха, света
  "Краски и формы в своих сочетаниях дают гармонию красоты - освещение. Краски могут быть праздником глаза, как музыка - праздник слуха души. Глаза говорят вашей душе радость, наслаждение, краски, аккорды цветов, форм. Вот эту-то задачу я и поставил себе в декоративной живописи театра, балета и оперы. Мне хотелось, чтобы глаз зрителя тоже бы эстетически наслаждался, как ухо души - музыкой." (Коровин К.А.)
                    
Коровин К.А. Осенний пейзаж. 1909
Пейзаж для Коровина, как для его учителей и других лучших пейзажистов, был не областью формальных исканий и не протокольно точным портретом местности, но прежде всего средством художественного познания природы и человека. Он говорил, что в пейзаже «должна быть история души. Он должен быть звуком, отвечающим сердечным чувствам. Это трудно выразить словом, это так похоже на музыку».
Его произведения нельзя «рассказать», их надо видеть, ибо описания даже в малой степени не в состоянии передать мощную стихию цвета, господствующую в этих светоносных полотнах.
Сергей Городецкий
***
Солнце любимое, солнце осеннее!
Не кручинься над лесом пустующим:
Горе горькое радости тленнее,
Не горюй же над миром горюющим!
Не одно ты в просторах темнеющих
Заблудилось и мчишься пустынями:
За тобой на лугах зеленеющих
Люди мчатся за веснами синими! 12 октября 1906
Коровин К.А. Охотино. Сентябрь. 1915
Его картины и этюды — это всегда праздник, всегда открытие. Будничные, привычные мотивы — лошаденка около бревенчатого сарая или натюрморт из рыбы и фруктов, ночная улица или девушка в саду — преображаются ярким и интенсивным переживанием художника. Коровин не описывает жизнь, а творит цельный образ ее, увиденный и возникший в цвете, свете, во всей его жизненной трепетности. Будучи фанатически привержен натуре, он мог мастерски написать полный жизни и темперамента этюд за один-два часа, а мог неделями мучиться и искать верный тон какой-либо тени от фонаря, без которого жизнь словно уходила из этюда. «Сама красота зависит от правды в живописи» — этому убеждению он остался верным до конца.
Искусство Коровина дарит людям радость познания жизни и искусства, правды и красоты. «Я твердо заявляю,— говорил художник,— что пишу не для себя, а для всех, кто умеет радоваться солнцу, бесконечно разнообразному миру красок, форм, кто не перестает изумляться вечно меняющейся игре света и тени».

Виноградов Сергей Арсеньевич. 1869 – 1938
Виноградов С.А. - автор лирических пейзажей и интерьеров, картин из жизни русской деревни, в которых традиции передвижнической тематической картины сочетаются с живописными исканиями в духе импрессионизма. С 1923 за границей. С 1925 - в Риге. Утверждение красоты во всех ее проявлениях и, прежде всего, в природе – вот художественное кредо, которого придерживался Сергей Виноградов вместе с другими пейзажистами Союза русских художников. Русская природа и русская усадьба стали главными героями целой серии полотен Виноградова, созданных в начале 20 в.
Виноградов С.А. В усадьбе осенью. 1907
В многочисленных усадебных пейзажах Виноградов, как правило, передавал мажорное настроение (даже если писал осенний сад с опадающей листвой). Он работал в одном и том же облюбованном месте, много раз варьируя и повторяя одни и те же мотивы, все больше углубляясь в изучение самых разнообразных оттенков в настроении природы в разные времена года. Пейзажист использовал в своей живописи отдельные элементы импрессионизма, сочетая их с «поленовско-левитановским» пониманием пленэра. В эти годы Виноградов развивался под обаяни­ем творчества Константина Коровина, с которым дружил, причем близки они были не манерой письма, а редкостно радостным мироощущением. В этом смысле картина «В усадьбе осенью» показательна — в ней Виноградова занимают не только пространственность изображения и «правильность» уходящих в глубину планов, что свой­ственно и пейзажам передвижников; главную роль тут на­чинают играть красота цветовых пятен и явная декоратив­ность. Не без влияния Коровина, увлеченного театром, Виноградов писал столь яркие, насыщенные по цвету пей­зажи. Рядом с изумрудом ели горит багрянец осенней ли­ствы, а темные до черноты, причудливо изогнутые ство­лы деревьев выделяются на фоне ярко-желтого усадебно­го дома.
Анна Ахматова
***
Все мне видится Павловск холмистый,
Круглый луг, неживая вода,
Самый томный и самый тенистый,
Ведь его не забыть никогда.
Как в ворота чугунные въедешь,
Тронет тело блаженная дрожь,
Не живешь, а ликуешь и бредишь
Иль совсем по-иному живешь.
Поздней осенью свежий и колкий
Бродит ветер, безлюдию рад.
В белом инее черные елки
На подтаявшем снеге стоят.
И исполненный жгучего бреда,
Милый голос, как песня, звучит,
И на медном плече Кифареда
Красногрудая птичка сидит. 1915
Виноградов С.А. По жнивью. 1900
Картина относится к тому периоду, когда художник, отказавшись от выполнения предварительных этюдов, работал «прямо в холст». Виноградов пережил свое исключительное любование только яркими и солнечными летними днями — теперь он мог увидеть красоту и в пасмурной осени. В эту новую минорную мелодию в данном случае вписан характерный мотив: за бугром подпасок тащит упирающегося теленка — очень достоверная и вместе с тем поэтическая сценка.
Виноградов С.А. В усадьбе. 1910
Еще один усадебный мотив в творчестве Виноградова.
«В садах настурции и розаны,/ В прудах зацветших караси, - / Усадьбы старые разбросаны/ По всей таинственной Руси» (Н. Гумилев. «Старые усадьбы»)
Сергей Виноградов до конца своих дней не уставал лю­боваться природой. Вот что писал он в 1936 году в ста­тье «О встрече с И. С. Шмелевым и зарождении Сою­за русских художников»: «Нет красок, нет слов выра­зить, что творится теперь в природе! Стоят дни такой красоты, такого золотого торжества! Золотая осень в не­описуемой красе! Вода в озерах стала темно-синяя, а не­бо глубокое, темно-голубое... В липовую старую аллею как войдешь — она полыхает золотом... Все время в вос­торженном волнении от этой несказанной красоты я. А в дом войдешь — пахнет яблоками, антоновкой... А в кух­не маринуют боровики, солят рыжики, все впрок на зи­му. А пахнет-то как хорошо этими солениями. Никуда не хотел бы я ехать из деревни. По луговинам, по жнивьям стелется паутина. В поле копают картошку, и на фоне се­рой земли яркими пятнами горят платки и платья копаю­щих баб. Кончаются последние деревенские работы на по­лях. Взошли уже изумрудные озими. Что за краски всюду сейчас... Как хочется жить, хочется все написать — жить и писать».

Жуковский Станислав Юлианович 1873-1944
Станислав Жуковский был одним из самых одаренных учеников блистательной плеяды живописцев А.Е. Архипова, В.А. Серова, И.И. Левитана. Именно Левитан сыграл наиболее значительную роль в формировании живописной манеры Жуковского.
Еще студентом Стани­слав стал участвовать в выставках художников-передвижников, его кар­тины купила Третьяковская галерея, а потом и петербургский музей Алек­сандра III.
Любовь к передаче различных состояний природы, сильная лирическая струя, легкая грусть в его творчестве идут несомненно от Левитана. Жуковского можно назвать постлевитановским пейзажистом, соединившим живописные достижения учителя с более тщательной разработкой световоздушной среды.
Жуковский С.Ю. Княжеский дом осенью. 1909
Жуковский был тонким мастером интерьеров, но среда человеческого обитания всегда тесно связана у него с окружающей природой. Даже когда деревья и цветы не видны сквозь широкие окна и распахнутые двери (как обычно на картинах Жуковского), они неизменно ощущаются вокруг дома. Это достигается игрой света, передающего чистоту и свежесть воздуха, какие возможны лишь в том случае, если дом окружен садом или стоит на окраине леса.
Жуковский С.Ю. Синяя вода. Золотая осень
Художник, начавший свой творческий путь на переломе эпох, в момент нарождающихся социальных потрясений, старался уйти от непредсказуемой, вызывающей  беспокойство  действительности  в  мир внутренней гармонии, в мир слияния человека с природой. Эту гармонию он видел в прежней усадебной жизни просвещенных людей. Был у него и еще один серьезный повод грустить по ушедшей жизни - после поражения польского восстания 1863 года отец художника, принадлежащий к старому дворянскому роду, был лишен сословных и имущественных прав, а, следовательно, и своего имения. Жуковский в детстве, конечно, слышал рассказы о прежней жизни семьи. Потому и поэтизировал, как И.А. Бунин, «дворянские гнезда», потому и называл свои картины: «Усадьба», «Усадьба осенью», «Усадьба. Двор», «Терраса в поместье», «Поэзия старого дворянского гнезда».
Жуковский С.Ю. Выпал снег
Станислав работал стремительно, писал большие пейзажи прямо с на­туры, часто за один-два сеанса. Он на всю жизнь остался человеком, влюбленным в красоту мира, стре­мясь запечатлеть неповторимую пре­лесть каждого мгновения: блеск иг­рающей воды, легкие ажурные тени деревьев, рассветы, зака­ты, лунные ночи, первый снег, увяда­ющие в осеннем саду астры — все многоцветное очарование природы. Все это сохранила для нас его кисть.
Осип Мандельштам
***
В смиренномудрых высотах
Зажглись осенние Плеяды.
И нету никакой отрады,
И нету горечи в мирах,

Во всем однообразный смысл
И совершается свобода:
Не воплощает ли природа
Гармонию высоких числ?

Но выпал снег -- и нагота
Деревьев траурною стала;
Напрасно вечером зияла
Небес златая пустота;

И белый, черный, золотой -
Печальнейшее из созвучий -
Отозвалося неминучей
И окончательной зимой. <Не позднее 12 ноября> 1909
Жуковский С.Ю. Брошенная терраса
Глядя на эту картину, вы почти чувствуете деревенский воздух, запах бревенчатого дома. Отсутствие людей создает настроение покоя и тишины, прелести уходящей жизни и легкой ностальгии. Художник всю жизнь писал старые аллеи, облетающие осенней порой деревья в парках, дома среди заброшенного сада, опустевшие, где уже никто давно не живет...
Валерий Брюсов
***
Ранняя осень любви умирающей.
Тайно люблю золотые цвета
Осени ранней, любви умирающей.
Ветви прозрачны, аллея пуста,
В сини бледнеющей, веющей, тающей
Странная тишь, красота, чистота.
Листья со вздохом, под ветром, их нежащим,
Тихо взлетают и катятся вдаль
(Думы о прошлом в видении нежащем).
Жить и не жить — хорошо и не жаль.
Острым серпом, безболезненно режущим,
Сжаты в душе и восторг и печаль.
Ясное солнце — без прежней мятежности,
Дождь — словно капли струящихся рос
(Томные ласки без прежней мятежности),
Запах в садах доцветающих роз.
В сердце родник успокоенной нежности,
Счастье — без ревности, страсть — без угроз.
Здравствуйте, дни голубые, осенние,
Золото лип и осин багрянец!
Здравствуйте, дни пред разлукой, осенние!
Бледный — над яркими днями — венец!
Дни недосказанных слов и мгновения
В кроткой покорности слитых сердец! 21 августа 1905
Жуковский С.Ю. Лесное озеро. 1912
http://www.booksite.ru/usadba_new/world/16_8_2.htm (Мир дворянской усадьбы) - здесь картины Станислава Жуковского
Михаил Кузмин
1
Хрустально небо, видное сквозь лес;
Усталым взорам
Искать отрадно скрытые скиты!
Так ждало сердце завтрашних чудес,
Отдав озерам
Привольной жизни тщетные мечты!
Убранство церкви — желтые листы
Парчой нависли над ковром парчовым.
Златятся дали!
Давно вы ждали,
Чтоб желтым, красным, розовым, лиловым
Иконостасы леса расцветить,
Давно исчезла паутины нить.
Надежду сменит сладостная грусть,
Тоски лампада,
Смиренней мысли в сердце богомольном,
И кто-то тихий шепчет: «Ну и пусть!
Чего нам надо?
Грехам простится вольным и невольным».
Душа внимает голосам недольним,
Осенней тишью странно пленена, -
Знакомым пленом!
И легким тленом
Земля дохнет, в багрец облечена,
Как четки облака! стоят, не тая;
Спустилась ясность и печаль святая!

Головин Александр Яковлевич 1863-1930
Живописец и театральный художник, народный артист РСФСР 1928 года. Член художественного объединения «Мир искусства». Художественной цельностью, тонкость стилистики и декоративным богатством отмечены оформление спектаклей «Русских сезонов» С.П.Дягилева в Париже (балет И.Ф.Стравинского «Жар-птица». Писал театральные портреты, пейзажи, натюрморты.
Головин А.Я. Пейзаж. Павловск. 1910 г. 107 х 107 см. Государственная Третьяковская галерея, Москва
Неудержимым золотым потоком обрушивается на зрителя сказочная листва Павловска. Прекрасный белоснежный мрамор парка словно утоплен в пышной, искрящейся и в то же время дышащей воздухом «раме» осенней листвы и изумрудной травы. Идущим от Бога теплым потоком солнечных лучей воспринимается эта волшебная «рама». «Поэтом театральных занавесей» называли Александра Головина. Хочется добавить к этому определению, что Головин в совершенстве владел искусством «рамок» - тех самых рамок, которые обозначают собой переход от мира реального к миру изображаемому.
Типично-классицистское здание представляет собой хронологический «значок», отсылающий зрителя в совер­шенно определенную эпоху. Это в работе единственное напоминание о человеке.
Небо, написанное как бы отдельными пятнами краски; выглядит совершенно по-театральному. Важную роль в его изображении испол­няет не «реалистичность», а цвет, «играющий в уни­сон» с настроением этого пейзажа.
Слегка волнующаяся вода своим цветом зеркальна по отношению к небу, и эта пере­кличка, подчеркиваемая вертикалями деревь­ев, — своеобразный композиционный ход, собирающий изображение в одно целое.
Устойчивая деталь в живопи­си Головина — прихотливая ритмическая линия, в данном случае заданная изогнутой березкой. Подобные вещи встречаются у Климта — равно как и квадратный формат, в пейзажной живописи прак­тически не применяемый.
Анна Ахматова
***
Все мне видится Павловск холмистый,
Круглый луг, неживая вода,
Самый томный и самый тенистый,
Ведь его не забыть никогда.
Как в ворота чугунные въедешь,
Тронет тело блаженная дрожь,
Не живешь, а ликуешь и бредишь
Иль совсем по-иному живешь.
Поздней осенью свежий и колкий
Бродит ветер, безлюдию рад.
В белом инее черные елки
На подтаявшем снеге стоят.
И исполненный жгучего бреда,
Милый голос, как песня, звучит,
И на медном плече Кифареда
Красногрудая птичка сидит. 1915
Головин А.Я. Осень. Петровско-Разумовское
Чтобы понять, насколько эта работа характерна для нача­ла XX века, нужно хорошо представлять эстетическую про­грамму «Мира искусства», то есть знать, «что» и «по­чему» предпочитали писать члены этого объединения. «Мирискусники», отправившиеся на поиски эстетическо­го идеала жизни, нашли его в дворянской культуре России XVIII века. Эпоха Екатерины стала главной темой их живо­писи. Конечно, это был не реальный XVIII век с его пробле­мами, крестьянскими войнами и дворцовыми переворота­ми, а та красивая «идея» о XVIII веке, которую придумали художники. В творчестве Бенуа, Добужинского, Сомова мы найдем немало пейзажей со «старинными» видами окрест­ностей Петербурга. В этих пейзажах много тоски о «золо­том веке», о «воплотившейся» красоте. Тоски, разумеется, безрезультатной, «несбыточной». Отдал дань этим настро­ениям и Головин, и представленный здесь пейзаж — луч­шее тому подтверждение. Подобные работы давали худож­нику возможность еще раз «манифестировать» особенно­сти его художественной манеры, и он этой возможностью с охотой пользовался.
Михаил Кузмин
2
Протянуло паутину
Золотое «бабье лето»,
И куда я взгляд ни кину -
В желтый траур все одето.
Песня летняя пропета,
Я снимаю мандолину
И спускаюсь с гор в долину,
Где остатки бродят света,
Будто чувствуя кончину.
Головин А.Я. Осень. 1920
Пейзажи Головина невозможно спутать ни с чьими работами. Эти композиции, в которых реальность и сказка сливаются воедино, объединены художником в изумительную, радостную цветовую симфонию. Великолепное декоративное панно, при взгляде на которое нельзя не вспомнить, что Головин был одним из самых одаренных даже среди блистательной плеяды художников-декораторов «Русских сезонов» Сергея Дягилева. «Если театральные работы Головина имели своей базой его живописные работы, то надо сказать, что и театр помог ему найти свои окончательные формы его живописным работам», - отмечал один из проницательных его современников-живописцев. Раннее творчество художника прошло под знаком модерна, и влияние идей этого стиля ощутимо в произведениях Головина всех периодов. «Осень» - великолепное по живописному мастерству декоративное панно, в котором реальность и миф объединились: миф о Данае, к которой в темницу в виде золотого дождя спустился Зевс, невольно всплывает в нашей памяти, когда мы всматриваемся в этот золотой листопад.

Ларионов Михаил Федорович 1881 - 1964
Михаил Ларионов, наряду с Казимиром Малевичем и Василием Кандинским, был центральной фигурой русского авангарда. В его картинах сконцентрировались художественные приемы и методы разных сти­лей и эпох - от импрессионизма, фовизма, экспрессионизма до русской иконы, лубка, фольклорного искусства; он стал также создателем собственной живописной системы, лучизма, предварившей наступление эры беспредметности в искусстве. Ученик Левитана и Серова, Ларионов был истинным вожаком бунтующей художественной молодежи, зачинщиком многих скандальных акций, ознаменовавших появление авангарда на российской общественной сцене. Однако его исключительная одаренность проявилась не только в организации художественных объединений,  устройстве   эпатажных   выставок,   но и в создании полотен, многие из которых можно назвать живописными шедеврами.
Ларионов М.Ф. Пейзаж. 1912 г.
Дар Ларионова проявился уже в самых ранних его холстах, в которых он выступил тончайшим колористом, умелым аранжировщиком фрагментированных композиций.
Михаил Ларионов открыл и за­явил новый художественный метод, иное отношение к бытию и новое по­нимание изобразительности. Предложенная методи­ка позволяла выразить разнообразные акценты отно­шения к миру. В том числе реализовать и живопись беспредметную. Предлагаемая визуальность была обоснована новаторским пониманием свойств языка живописи и названа лучизмом.
Ларионов М.Ф. Павлин. 1907
Ларионов сформулировал: «Лучизм имеет в виду пространственные формы, которые могут возникнуть от пересечения отраженных лучей различных предме­тов и форм, выделенных волей художника...»
Целенаправленный взгляд жи­вописца («воля художника» - выражение Ларионова) и соединение линий с другими средствами живописи («степень напряженности тона», «комбинация цвета», «отношение цветовых масс», «цветовая линия») обра­зуют художественность изображения. «Формы мира», выявленные волей художника и материализованные средствами языка живописи, превращаются в форму искусства. Теперь, постигая и отображая мир собственным языком, живопись как деятельность незави­сима и открыта действительности. Новая динамичная методика легко передает разнообразие форм жизни и их многозначность.
Михаил Кузмин
3
О тихий край, опять стремлюсь мечтою
К твоим лугам и дремлющим лесам,
Где я бродил, ласкаемый тоскою,
Внимал лесным и смутным голосам.
Когда опять себя с любовью скрою,
Открыв лицо осенним небесам?
Когда пойду известною тропою,
Которой, без любви, бежал я сам?

Гончарова Наталья Сергеевна 1881 – 1962
Наталья Гончарова, из рода пушкинских Гончаровых, присовокупила к славе предков свою славу выдающегося художника. Многосторонне одаренная, она занималась натюрмортом, пейзажем, писала жанровые композиции, работала как иллюстратор и театральный художник. Гончарова стремительно переходила от одной манеры к другой; импрессионизм, постимпрессионизм, кубизм, футуризм, лучизм были этапами, пройденными ею всего за десять лет. В начале творческого пути художница, по собственным словам, «более всего училась у современных французов»; выйдя замуж за выдающегося живописца Михаила Ларионова, она полностью разделила его устремления и художественные взгляды, всегда оставаясь, однако, самостоятельной величиной в искусстве.
Гончарова Н.С. Крестьяне, собирающие яблоки. 1911
Ее картины отличаются напряженной живописной экспрессией и выдающимися декоративными достоинствами; ритмическое движение линий и пятен, акцентированное тяготение к плоскости, острые сочетания ярко-звучных красок подчеркивают стремление Гончаровой к большой монументальной форме - привязанность к обобщенно-декоративным живописным задачам пройдет через все творчество выдающейся русской художницы.
По своей монументальной выразительности «Крестьяне, собирающие яблоки» сближаются с библейским циклом Гончаровой. Есть в этой картине – с фигурами, точно вырубленными топором, с тревожно синим фоном и кроваво-алыми яблоками, похожих более не на яблоки, а на какие-то экзотические плоды , - нечто от евангельской притчи с «бытовым»  звучанием, но строгим и  пронзительным подтекстом.
Гончарова Н.С. Осенний пейзаж. Отдых в лесу. 1920— 30-е.
Такой Гончаровой мы почти не знаем. Примитивистская определенность контуров и нарочитая грубость красок уступает здесь место мечтательной прозрачности (особенно хороши почти акварельные деревья на задней плане), так отчетливо передающей тишину осеннего леса, богатого единственным звуком — падающих листьев.
Валерий Брюсов
***
Сухие листья, сухие листья,
Сухие листья, сухие листья,
Под тусклым ветром, кружат, шуршат,
Сухие листья, сухие листья,
Под тусклым ветром сухие листья,
Кружась, что шепчут, что говорят?

Трепещут сучья под тусклым ветром;
Сухие листья, под тусклым ветром,
Что говорят нам, нам шепчут что?
Трепещут листья, под тусклым ветром,
Лепечут листья, под тусклым ветром,
Но слов не понял никто, никто!

Меж черных сучьев синеет небо,
Так странно нежно синеет небо,
Так странно нежно прозрачна даль.
Меж голых сучьев прозрачно небо,
Над черным прахом синеет небо,
Как будто небу земли не жаль.

Сухие листья шуршат о смерти,
Кружась под ветром, шуршат о смерти:
Они блестели, им время тлеть.
Прозрачно небо. Шуршат о смерти
Сухие листья,- чтоб после смерти
В цветах весенних опять блестеть! Октябрь 1913, Опалиха

Серебрякова Зинаида Евгеньевна 1884 – 1967
Есть в русском искусстве имена, при звуке которых в нашем воображении встает ряд совершенных образов, исполненных какого-то внутреннего сияния, созерцательности и умиротворенности... Среди этих имен и имя Зинаиды Серебряковой, художницы, в искусстве которой, возникшем в первом десятилетии бурного XX века, мы не услышим ни одной диссонирующей ноты.
Убирая случайное, художница как бы выправляет натуру, возвращая ей изначальную гармонию. Безукоризненно владея приемами живописи стиля модерн, Серебрякова ничему и никому не подражает, не впадает в стилизацию и создает оригинальную, не имеющую аналогов работы.
Серебрякова З.Е. Нескучное. Зеленя осенью. Гуашь. 1908
Современному зрителю Зинаида Серебрякова знакома главным обра­зом как автор нежнейших детских портретов, картин из семейного быта. Однако была она и недюжинным пейзажистом. В 1918 году художница даже участвовала в «специализированной» выставке «Русский пейзаж», проходившей в Петрограде. На ней она предста­вила десять своих работ. Серебрякову увлекали совершенно разные по темпераменту ландшафты. Она с одинаковым удовольствием работала в Крыму, в Альпах, в Царском Селе и Бретани. Но, конечно, самая дорогая для нее пейзажная тема — Нескучное. В Нескучном художнице писалось особенно легко и радостно. Каждый куст, каж­дая ветка дерева притягивали здесь ее взор. Недаром все, кто был свидетелем жизни Серебряковой в Нескучном, вспоминают, что, даже отправляясь на прогулку с детьми, она брала с собой альбом для набросков. «Набросочность», эскизность характерна в известной степени для всех пейзажей нашей героини. Она писала их преиму­щественно гуашью или темперой, а маслом — очень редко.
Михаил Кузмин
4
Осенний ветер жалостью дышал,
Все нивы сжаты,
Леса безмолвны зимней тишиной.
Что тихий ангел тихо нашептал,
Какой вожатый
Привел незримо к озими родной?
Какой печальной светлою страной
В глаза поля мне глянули пустые
И рощи пестрые!
О камни острые,
Об остовы корней подземных вековые
Усталая нога лениво задевает.
Вечерняя заря, пылая, догорает.
Куда иду я? кто меня послал?
Ах, нет ответа.
Какую ясность льет зимы предтеча!
Зари румянец так златист, так ал,
Так много света,
Что чует сердце: скоро будет встреча!
Так ясно видны, видны так далече,
Как не видать нам летнею порой
Деревни дальние.
Мечты печальные
Вокруг меня свивают тихий рой;
Печаль с надеждой руки соплетают
И лебедями медленно летают.

Кустодиев Борис Михайлович. 1878-1927
Художник создавал праздничные сцены российского крестьянского и провинциального быта, ярмарки, отмеченные яркой многоцветностью, декоративно-плоскостным решением композиции, интерпретацией приемов лубочной живописи.
Всю жизнь Кустодиев мечтал о создании типично русской картины. Он любил писать дородных баб, сдобных купчих, пьющих чай на балконах своих особняков или прогуливающихся разряженными по городу. Он изображал веселые ярмарочные гулянья, сценки в трактирах и обитателей провинциальных русских городов. Хорошая академическая выучка, верность натуре, взятая у Репина и передвижников, лубочная «драка красок» и свобода воображения наивных мастеров создали неповторимый кустодиевский стиль.
Кустодиев Б.М. Осень в провинции
Как правило, сюжеты своих картин, напоминавшие рассказы со множеством деталей, он сочинял сам. Но в основе фантазий художника лежал огромный запас впечатлений, накопленный благодаря поразительной способности сохранять в памяти однажды увиденную сценку, человеческий тип или местность. Поэтому кустодиевские картины по сути своей - концентрированное изображение действительности. Особое пристрастие Кустодиев питал к насыщенному колориту, сочетанию локальных цветов и орнаментальной изукрашенности. Однако за этой присущей народному фольклору простодушной манерой скрывался мастер, принадлежащий к «Миру искусства» - одному из самых изысканных и рафинированных художественных объединений начала XX века. От картин художника, считавшего пестроту и яркость типичными для русской жизни, исходили необычайный оптимизм и радость. В действительности же он был неизлечимо болен и десять лет оставался прикованным к креслу, имея возможность наблюдать за происходящим лишь из окна петербургской мастерской. Он не только сочинял «типично русские картины», но писал изящные, несколько холодные портреты, иллюстрировал книги, резал гравюры и делал декорации к спектаклям на традиционно русские темы. Искусство было единственным, что давало ему силы бороться за жизнь.
Осип Мандельштам
***
В холодных переливах лир
Какая замирает осень!
Как сладостен и как несносен
Ее золотострунный клир!

Она поет в церковных хорах
И в монастырских вечерах
И, рассыпая в урны прах,
Печатает вино в амфорах.

Как успокоенный сосуд
С уже отстоенным раствором,
Духовное -- доступно взорам,
И очертания живут.

Колосья -- так недавно сжаты,
Рядами ровными лежат;
И пальцы тонкие дрожат,
К таким же, как они, прижаты. <Не позднее 22 октября> 1909

Грабарь Игорь Эммануилович 1871 – 1960
Недюжинный, яркий темперамент Грабаря И.Э. сказался в собственной его живописи, расцвет которой пришелся на первое десятилетие XX века. 1904 год был своего рода «болдинской осенью» для Грабаря: именно тогда, уединившись на многие месяцы в подмосковном имении Дугино близ Царицына, он создал наиболее известные свои пейзажи, а картину «Мартовский снег» по справедливости можно назвать одним из лучших его полотен - и не только его, но и всего русского импрессионизма в целом. Еще в годы своего пребывания в Германии (1896-1901) Грабарь с большим тщанием осваивал живописную систему импрессионизма; после возвращения в Россию произошло его сближение с художниками «Мира искусства», чьим верным соратником в просветительских начинаниях он стал.
Грабарь И.Э. Сентябрьский снег. 1903
Эту картину, считающуюся первым «снежным» шедевром Грабаря, художник написал в имении своей тетки, расположенном в Тульской губернии. «Проснувшись как-то утром и взглянув в окно, я, к удивлению, увидел, что выпал снег: весь сад был в снегу, снегом была засыпана колонная терраса. Зрелище снега с ярко-желтой листвой было столь неожиданно и в то же время прекрасно, что я немедленно устроился на террасе и в течение трех дней написал... картину...»
Михаил Кузмин
5
Снега покрыли гладкие равнины,
Едва заметен санок первый след,
Румянец нежный льет закатный свет,
Окрася розою холмов вершины.
Ездок плетется в дальние путины,
И песня льется, песня прошлых бед, -
Простой и древний скуки амулет, -
Она развеет ждущие кручины!
Зимы студеной сладко мне начало,
Нас сочетала строгая пора.
Яснеет небо, блекнет покрывало.
Каким весельем рог трубит: «Пора!»
О, друг мой милый, как спокойны мысли!
В окне узоры райские повисли.

Юон Константин Федорович 1875 - 1958
Константин Юон начал свою творческую деятельность как пейзажист. Он был одним из организаторов Союза русских художников - крупного объединения начала XX века, развивавшего традиции левитановского «пейзажа настроения». Юон, как и многие мастера Союза, обращался к мотивам русской провинциальной жизни, поэтизировал образы крестьянской избяной России. Яркая и сочная живописная манера художника сложилась под влиянием импрессионизма.
Юон К.Ф. Мельница. Октябрь. Лигачево. 1947 г.
Подмосковное село Лигачево стало важным «пунктом» в жиз­ненной географии Юона. В «очень русскую», очень трога­тельную и простую природу окрестностей Лигачева он влю­бился с первого взгляда. Еще дороже это село стало ему, когда однажды, «работая над очередным этюдом в районе деревни Аигачево, он увидел, как медленно в гору от реки поднималась с двумя ведрами воды девушка» (мы процитировали сейчас слова О. И. Юона, внука художника, — его рассказ о встрече «дедушки и бабушки»).
Юон К.Ф. Пушкин на прогулке. 1949
В этом произведении Юона удивительно гармонично слились в одно целое две поэзии – Серебряного и Золотого века русской культуры. Импрессия осеннего пейзажа и конный портрет А.С. Пушкина вызывают незабываемые ощущения прекрасного искусства, как мимолетное видение всадника на белом коне, как золотистые краски и запахи любимой Пушкиным Болдинской осени. Родное наше искусство, как живописи, так и русского слова – оно всегда с нами, всегда утешает нас в самые трудные времена и дает надежду на то, что красота не умирает, как не умирает осенью природа. Она лишь утихомиривается и засыпает, чтобы вновь возродиться к жизни буйной и сочной весенней зеленью.
Майков Аполлон Николаевич
Перечитывая Пушкина
"Его стихи читая - точно я
Переживаю некий миг чудесный -
Как будто надо мной гармонии небесной
Вдруг пронеслась небесная струя...

Нездешними мне кажутся их звуки:
Как бы, влиясь в его бессмертный стих,
Земное всё — восторги, страсти, муки -
В небесное преобразилось в них! 1887

Источники:
  • Русские художники от «А» до «Я»./ Е.М. Адленова, И.А. Борисовская, Т.И. Володина, Е.С. Гордон и др. - М.: Слово/ SLOVO, 1996. - 216с.
  • Альбомы. "Шедевры русской живописи. 50 Художников" издательства ООО «Де Агостин

1 комментарий:

Соломин Н.Н., его картины

  Николай Николаевич Соломин  (род. 18.10.1940, Москва, СССР) — советский и российский живописец, педагог, профессор. Художественный руков...